Валерия САПОЖНИКОВА: «У нас много« штучных» людей!»

Валерия Александровна Сапожникова – научный сотрудник лаборатории атмосферной спектроскопии Института оптики атмосферы им. Зуева СО РАН. Вместе с коллегой Борисом Григорьевичем Агеевым они заняты интересным делом: анализируют содержание углекислого газа в годовых кольцах спила дерева, который доставлен с места падения тунгусского метеорита. Возможно, что работа томских физиков внесет свой вклад в проблему, занимающую учёный мир второе столетие!

 

Моя собеседница работает в Институте оптики атмосферы всю жизнь, а встреча с будущим академиком В.Е. Зуевым произошла ещё в её студенческие годы.

– Владимир Евсеевич читал нам лекции, подробно описывая процесс прохождения инфракрасного излучения тепловых источников через атмосферу. Позднее в его лекциях появилась новая тематика – оптические квантовые генераторы, лазеры. Он интересно рассказывал о них, очень активно привлекая нас новой тематикой, а мы легко поддавались его агитации. Сначала к Владимиру Евсеевичу пришли С. Творогов, М. Эляшберг, М. Кабанов, С. Хмелевцов, ставшие его аспирантами, а затем мы, студенты-выпускники ФФ, РФФ ТГУ, – следующая партия будущих сотрудников, которых пригласил Владимир Евсеевич. Так формировалась лаборатория.

Измерения проводились на полигонах. Были организованы 4 точки вдоль Томи – от Лагерного сада до Басандайки. А в Сибирском физико-техническом институте, где была лаборатория В.Е. Зуева, проводился анализ результатов наблюдений, частично мы в этом принимали участие. На полигоне в Лагерном саду измеряли сначала тепловое, а затем – лазерное излучение. Люди шутили, что благодаря Зуеву часть Томской области была электрифицирована.

 

…Помню, была такая эпопея: ленинградцы рассчитывали, как проходит излучение через атмосферу и что-то у них не получалось. И наш « великий теоретик» Творогов (так его Зуев называл) подсказал выход из ситуации, дав правильную оценку ИК-поглощения в исследуемом диапазоне.

Валерия Александровна всю жизнь не расстаётся с фотоаппаратом: в её объектив попадали и рабочие будни коллектива, и праздники, есть и кадры интересных оптических явлений. Она достаёт фотоальбом, составленный из её фотографий разных лет, и листает его, поясняя, кто же в кадре.

 

Семинары – каждую неделю

 

– Коллектив и в лаборатории, и затем в институте, был очень дружным, все были увлечены делом, буквально горели на работе. Первую конференцию по спектральной прозрачности атмосферы проводили в СФТИ в 1964 году, приехало много учёных, в том числе, из Москвы. Некоторые москвичи скептически относились к молодой лаборатории, но с таким лидером, как В.Е. Зуев лаборатория уверенно становилась на ноги, решая многочисленные научные проблемы.

Зуев проводил семинары каждую неделю, и все должны были делать доклады о прочитанном. Так как занимались совершенно новым делом, то на таких семинарах повышали свой уровень и мы, и Владимир Евсеевич. Кроме того, постоянные семинары учили сотрудников доступно излагать материал и привыкать к дискуссиям. С Зуевым работали многие интересные люди, и он умудрялся всех в руках держать и вдохновлять!

…На фото с одного из праздников, можно увидеть, что столы небогаты, но веселье – от души, да ещё подтрунивали друг над другом, газету выпускали… Наш завлаб Юрий Пономарёв писал замечательные стихи и эпиграммы – «Юрики».

 

«Он и на речке будет думать!»

 

…В 1975 году переехали в это здание в Академгородке, по проспекту Академическому.

Вот мои коллеги, все молодые – О. Родимова, А.Боровой, Вадик Толмачёв… У Борового с Владимиром Евсеевичем какие-то конфликты были, всё они спорили. Я всегда была в напряжении, что вот они поссорятся, и в кадр попало, как они серьёзно разговаривают…

И вот когда уже Владимира Евсеевича не стало, к нам попали его записные книжки – он делал заметки, что должен в Москве сделать, кому что купить. И на одной из страниц было написано: «Дать квартиру Боровому!» То есть споры спорами, а как руководитель Зуев был внимательным и понимающим. Вот пример: однажды летом, в рабочий день, кто-то сказал Зуеву: «А Творогов пошёл на речку!». И что, думаете, ответил Зуев? «Значит, Творогов будет думать на речке!» Напомню, что Зуев называл Творогова «великим теоретиком», и это не было преувеличением: тот обдумывал научные проблемы везде и всегда.

 

Работают и руками, и головой

 

– О том, в каком ритме работали тогда, можно представить из рассказа молодого учёного. В семье двое маленьких детей, родители трудятся в Институте оптики атмосферы. И вот молодой отец говорил, что утром он бежит на работу, а в обед бежит домой, а навстречу ему бежит жена, чтобы сменить его на работе…

Тогда все молодые были и на многое не обращали внимания. Доехать до Академгородка можно было только на автобусе № 2, который не очень хорошо ходил. «Вталкивались» в «двойку», зимой – в валенках, в шубах, ехали из города сюда… А затем Владимир Евсеевич автобусы служебные организовал, стало легче добираться. А мечтал он о том, чтобы троллейбус пустить через виадук.

Валерия Александровна, какие лица на фотографиях интересные!

– Думающие лица, и всё умели делать своими руками. Даже меня обучили паять стекло, нужно будет – возьму горелку и сделаю. Если рассказывать обо всех сотрудниках лаборатории – не хватит времени! Исключительно интересной фигурой, например, был Борис Алексеевич Антипов, который, казалось, мог ответить на любой вопрос, так как глубоко изучал любую проблему, с которой сталкивался! Например, ему нужно было сдавать экзамен по иностранному языку, так он взял и выучил французский с нуля, хотя знал английский язык! У меня до сих пор хранится страничка – записка Б.А. Антипова моему отцу, который владел французским. У Бориса Алексеевича был абсолютный слух, он мог налаживать любую музыкальную аппаратуру. И как учёный он многое сделал, В.Е.Зуев его очень ценил.

Наши мужчины – «штучный» товар: они и руками умеют работать, и головой. Вот на фото молодые Михаил Кабанов (член-корреспондент РАН), идеи которого плодотворно разрабатываются и сейчас, его ученик Валерий Донченко (сейчас – зам. директора по НИР СФТИ), Елена Ведерникова (она уехала в другой город, но интересуется нашими делами).

А на этом фото (Листаем страницы альбома.) Владимир Евсеевич выступает перед коллективом после поездки за границу. Он всегда делал отчёт: что видел, как дела у коллег-иностранцев. Что меня всегда удивляло он никогда не впадал в уныние, хотя у нас не было такой аппаратуры, как в иностранных лабораториях: там и самые современные приборы, и компьютеры… Но у нас было хорошее образование, у нас работали головы – до многого доходили сами, было желание заниматься наукой и умелые руки.

Расскажите о своих научных интересах, пожалуйста.

– Когда делали газовые лазеры, у меня появилась идея узнать, как будет вести себя лазер в магнитном поле. Это давало возможность получить сдвиг частоты генерации и исследовать линии поглощения в диапазоне 3,39 мкм с очень высоким разрешением. Хорошая была работа, новая совершенно. Интересно, что с коротким газовым лазером нам удалось с другим моим коллегой, Сашей Антиповым, даже отследить перестройку частоты лазера с помощью человеческого голоса! Потом уже стали обдумывать, как начать на этой основе измерение поглощения ртутью в воздухе. Кстати, томичи с интересом относились к нашим измерениям: всё новое привлекает! Однажды, когда Пётр Бохан только запускал первые лазеры на меди, излучение из окон СФТИ направили по ошибке на площадь Новособорную (тогда – Революции). И вот мощный зелёный луч скользит по площади, а в нём снежинки играют, красота, люди останавливаются! Я шла домой, так пришлось вернуться и попросить коллег переместить лазер, чтоб не было последствий…

Как вы считаете, что помогло Институту оптики атмосферы выстоять в 1990-е годы?

– Думаю, другого выхода не было: нужно было выживать, науку бросать нельзя…Тогда сумели доказать, что наука, институт нужны стране!

В нашем институте очень много отличных работников, « штучных» людей! Сейчас пришла толковая молодёжь, есть кому дела передать…

Валерия Александровна по субботам бывает в Музее истории физики ТГУ, и вместе с директором Идой Николаевной Анохиной они рассказывают юным посетителям об удивительных приборах, на которых работали учёные в XIX веке и о том, какая это интересная наука – физика.

А ещё она оцифровывает многочисленные пленки и фото, сделанные почти за полвека работы всеми ее коллегами, и рассылает фотографии уехавшим сотрудникам, возвращая моменты их молодости. Так что 50-летие Института оптики атмосферы будут отмечать и коллеги в других городах…

 

Тамара ДРОЗДОВА

Фото из архива ИОА и В. А. Сапожниковой